Звери собирались медленно.
Как всегда — кто-то раньше, кто-то с опозданием, кто-то вообще не понимал, зачем пришёл, но пришёл.
Ёлка вздрагивала ветками от каждого вошедшего. Как знать, то ли одобрительно — «как я рада», то ли возмущённо — «чего приперлись».
Но когда в комнату вошёл Лось, все колокольчики (кто их туда прицепил?) зазвякали.
Лось шёл торжественно. Звенел своим бубенцом на шее. Даже выражение морды было не вопросом, а утверждением: «я только спросить».
И не успел закончиться перезвон, устроенный Лосем, как опять всё зазвенело — пришёл Олень. Тоже весь звенит.
Звери оборачивались. Кто-то прошептал: — У нас теперь музыкальная пауза в начале?
Наконец все собрались.
Сова Софа, поправляя малиновый берет с помпоном, встала на привычное место и объявила:
— Ну что. Даже ёлка ещё стоит. Так что давайте поговорим о подарках. Как вам это было.
Все молчали.
Кто-то ковырял пол лапой. Кто-то смотрел в окно. Кто-то явно хотел сказать что-то, но не знал — с чего начать.
Первым решился Козёл.
— А мне вот оно не очень, — сказал он обиженно и зыркнул на Кошака.
Все посмотрели.
— Я видел, — продолжил Козёл, — четыре носка у Лося. Вот Крыса же постаралась! А мне что — только половинку? Ну вот как так? И что мне с ним делать?
Кошак зевнул:
— У Лося носки — все левые. У тебя ноги левые?
Козёл завис.
Посмотрел на свои копыта. Потом на другие. Потом снова на первые.
— У меня тоже четыре копыта, — сказал он медленно. — Это как понимать?
Кошак зевнул ещё раз:
— Это вообще не тебе.
— Как «не мне»?! Носок был в моей коробке!
— Это для пылесоса.
Козёл завис ещё сильнее.
— Зачем пылесосу носок?
— Наденешь на ножку этажерки, — пояснил Кошак. — А то пылесос всё время башкой бьётся об одну и ту же ногу мебели. Ну, я-то знаю его траекторию.
Козёл молчал.
Потом посмотрел на полноска. Потом на Кошака. Потом на пылесос в углу.
— Значит, мне подарили… защиту для мебели?
— Ну да, — кивнул Кошак. — Практично же.
Козёл вздохнул:
— Я думал, это метафора.
— Нет, — сказал Кошак. — Это носок.
Козёл задумался.
Потом кивнул:
— Ладно. Беру. Буду думать, что это метафора.
— Ты и так всегда так делаешь, — пробормотал Кошак.
Ворона вдруг протянула лапу.
На лапе — колечко. С надписью: «Самая адекватная Ворона».
— Вот, — сказала она. — Мне нравится идея.
Чайка уставилась:
— Ты что, совсем чокнутая? Все берега попутала! Какая идея? Это просто колечко! Будто ты перелетная и еще и в эксперименте.
Ворона возмутилась:
— Да я нормальная! Даже адекватная! У меня справка есть теперь. Вот, смотри.
Она покрутила лапой с кольцом.
— Написано же. Справка об адекватности. Мне теперь можно.
Чайка открыла клюв. Закрыла. Открыла снова.
— Ты… серьёзно?
— Абсолютно, — кивнула Ворона. — Документ есть — значит, всё законно.
Я вообще-то теперь сертифицированный источник здравого смысла.
Белка прошептала:
— А мне можно справку? Я тоже хочу.
Ворона посмотрела на неё снисходительно:
— Это не покупается. Это дарится.
Белый Гусь вдруг поднялся.
В крыльях — книга. «Квантовая механика для чайников».
— У меня вот тут вопрос, — сказал он торжественно. — Ко всем. И к Козлу особенно.
Козёл насторожился.
— А если, — продолжил Белый, — подарок — это волна вероятности? И когда ты его открываешь — он схлопывается в то, что ты ожидал? Или в то, чего боялся?
Козёл задумался.
Потом сказал медленно:
— Это не физика. Это онтология. Ты читал Хайдеггера?
— Нет, — честно ответил Белый.
— Вот и не надо, — кивнул Козёл. — Там всё то же самое, только хуже.
Белый задумался.
— Но ведь если подарок существует до открытия одновременно как хороший и плохой…
— То это называется жизнь, — перебил Козёл. — А не квантовая механика.
Белый открыл книгу. Прочитал страницу. Закрыл.
— Книга говорит, что всё зависит от наблюдателя.
— Вот и наблюдай, — бурчит Кошак. — Только не в мою сторону.
А затем, то ли от квантовой физики, то ли потому что елка подрагивала ветками, Кошак вдруг решил объясниться с Козлом:
— А вообще знаешь, Иван. Я вначале тебе хотел рыбу подарить, но ты ж козёл. Вот и полносок остался. Он, вообще-то, волшебный. Просто ты пока не разглядел.
Козёл кивнул:
— Думаю.
— И вообще, — добавил Кошак, — дарёному коню в зубы не смотрят.
Все замерли.
— Где тут конь? — спросил Тузик.
Все посмотрели друг на друга.
— Серьёзно, — сказал Пингвин. — Где конь?
— Может, это метафора? — предположила Белка.
— Или год коня, — сказал Серый Гусь. — Кто будет конём?
— Кто звенит — тот и лошадь! — выдал Тузик.
Все посмотрели на Оленя и Лося.
Олень возмутился:
— Лошади возят кого-то. А я уволился. Я Сант роняю, даже если они так и не стали Сантами.
— Мы вообще все тут Санты, вообще-то, — заметила Крыса.
— Точно, — кивнул Хомяк из варежки.
Бобёр достал новый блокнот — с озером и клеточкой — и начал что-то чиркать наискось, по диагонали, как будто это важно. Оранжевой ручкой.
Сова заметила:
— О. Ты прям сразу в новый пишешь. Ещё и ручкой такой… апельсиновой.
Бобёр огрызнулся:
— Приходится. Пока блокнот не разошёлся на какие-то дурацкие вишлисты.
Он дописал что-то и закрыл блокнот.
— Так и запишем, — сказал он. — Встреча четырнадцатая. Тема: подарки. Итог: все получили. Кто-то доволен. Кто-то нет. Но это было… прекрасно.
Сова кивнула:
— Даже если кто-то недоволен.
Кошак, у которого ещё был большой запас рыбы в холодильнике («я объелся, а теперь экономить буду»), подтвердил:
— Праздники — это хорошо. Особенно когда есть Санты.
— И кони, — добавил Тузик.
— И справки, — добавила Ворона, покрутив лапой с кольцом.
— И носки, — добавил Козёл.
— И всё остальное, — закончила Сова.
Встреча закончилась.
Ёлка вздохнула ветками.
На этот раз — одобрительно.
В коридоре щёлкнул выключатель. Кто-то забыл, что здесь ещё живут. Или, наоборот, вспомнил.
Избушка, встреча 14, подарки от зверей, разговор о подарках, квантовая механика, носок как подарок, справка Вороны, звенящий Лось, философия Кошака, подарочный абсурд
