Свет пропал внезапно.
Как будто кто-то щёлкнул выключателем. Раз — и тишина.
Не полная. Потому что сразу же началось:
— ЧТО ЗА ХУЙНЯ?! — заорала Кицаца из своей комнаты.
— БЛЯДЬ! — отозвалась Светка из другой.
— О нет, — прошептала Корти на кухне, глядя на плиту.
Плита, разумеется, тоже смотрела в ответ. Молча.
Вадик сидел на диване с книжкой. Посмотрел на потолок. Пожал плечами.
Ему было по барабану.
Он всё равно ничего не делал. Только собирался. Прокрастинировал. Отмораживался.
Но нельзя было это показывать.
Потому что бездействие — вещь интимная.
Поэтому он вскочил и начал суетиться:
— Так! Все спокойно! Я сейчас разберусь!
Он всегда так говорил, когда не знал, что делать.
Никто не слушал.
Кицаца вылетела из комнаты:
— У меня встреча через пять минут! Группа ждёт! Что делать?!
Светка — следом:
— У меня консультация! Клиентка не поймет!
Они оборачиваются к Ле, который стоял в дверях кладовки с кружкой компота.
Сонный. Растерянный.
— ТЫ АЙТИШНИК! — в один голос.
— ЧИНИ!
Это универсальное заклинание. Работает редко, но красиво.
вот где он взялся Ля, или Забытый айтишник
Ля моргнул:
— Я не электрик.
— НО ТЫ ЖЕ ВСЁ УМЕЕШЬ!
— Нет. Я не умею чинить электричество. Мне самому электричество нужно.
Кицаца схватилась за голову:
— Всё. Пиздец. Группа сорвётся.
Светка — тоже:
— Моя клиентка уйдёт к другому психологу!
Корти вышла из кухни со свечками:
— Так. Все успокоились. Давайте по порядку.
Она зажгла свечи. Расставила по комнате.
— Вот. Романтика. Готовить буду при свечах. Не унываем.
Ля медленно допил компот. Поставил кружку.
— Ладно. Интернет я, наверно, сделаю. У меня модемы подключены к пауэрбанкам. Это я ещё вчера настроил.
Потому что Ля всегда живёт так, будто катастрофа — это вопрос времени.
Кицаца выдохнула:
— Спасибо. А ноут?
Она посмотрела на свой ноутбук.
Индикатор — зелёный. Заряжен.
— О. А он заряжен. Я вчера втыкала его подзарядиться.
Светка посмотрела на свой ноут.
Этот заряжен не был.
Она нахмурилась:
— Блядь. А я его не втыкаю на зарядку. Я втыкаю, когда он плачет и тускнеет.
У них, в общем, токсичные отношения.
Пауза.
— Ну, тогда я с телефона. Вот повезло же хоть тут — вчера заряжала.
Корти фыркнула:
— Ну вот. Все вроде живы. Все при деле.
Ля вздохнул:
— Всё остальное — не ко мне. Я не электрик.
Корти кивнула:
— Есть генератор. Старый. Развалюшный. Стоит на заднем дворе. Раньше работал.
Ля закрыл глаза. Открыл. Посмотрел на Корти.
— Я посмотрю. Но обещать ничего не могу.
— Спасибо, — кивнула Корти.
Кицаца и Светка удалились в свои комнаты.
Встречи. Консультации. Работа.
Ля пошёл на задний двор.
Вадик — за ним.
— Я помогу! — бодро заявил он.
Ля посмотрел на него скептически:
— Ты умеешь чинить генераторы?
— Нет. Но я могу советовать.
Ля вздохнул:
— Ладно. Пошли.
На заднем дворе стоял генератор.
Старый. Ржавый. Весь в паутине.
Ля присел рядом. Открыл крышку. Заглянул внутрь.
— Пиздец, — пробормотал он.
Это было техническое заключение.
Вадик наклонился:
— А может, вот эту штуку покрутить?
— Не надо ничего крутить.
— А вот эту постучать?
— Не надо.
— А может, дунуть?
Ля посмотрел на него долгим взглядом:
— Вадик. Иди попей чаю.
— Но я же помогаю!
— Ты мешаешь.
Вадик обиделся. Но остался рядом. Молча. Наблюдал.
Героем можешь ты не быть, но ужин по расписанию
Прошло полтора часа.
Кицаца закончила встречу. Вышла в большую комнату.
Светка — тоже.
Обе — выдохнули.
— Фух, — сказала Кицаца. — Обошлось.
— Ага, — кивнула Светка. — Немножко героини.
Никто не аплодировал. Но все выжили.
Корти вышла из кухни:
— Ужин готов. При свечах. Романтично.
В этот момент —
БАХ.
Свет вернулся.
Все замерли.
Лампы зажглись. Холодильник загудел. Что-то пикнуло.
Дом вздохнул.
— О, — сказала Кицаца.
— Ну вот, — сказала Светка.
— Сам включился, — констатировала Корти.
Ля и Вадик вошли с заднего двора.
Грязные. Измотанные.
Ля — с гаечным ключом в руке.
Все посмотрели на него.
— ГЕРОЙ! — заорала Светка.
— Ты починил! — добавила Кицаца.
Корти кивнула:
— Обещаю пирожки.
Потом посмотрела на Светку:
— А ты обещала пельмени герою. Ле.
Светка огрызнулась:
— Я всё равно сессию вела с телефона. Так что это не считается.
Ля наконец подал голос, обращаясь прямо к Светке:
— Ноут твой вообще-то работает. А если кто-то не следит за зарядом — это вообще не ко мне.
Пауза.
— И я жду пельмени.
Светка открыла рот. Закрыла. Буркнула:
— Ладно. Налеплю.
Все сели ужинать.
При свете. Который вернулся сам. Без генератора. Но никто не признавался.
Потому что героизм — штука коллективная и очень условная.
Корти вдруг сказала:
— Знаете, Светка может жить без света. Она сама себе светит.
Все засмеялись.
Светка фыркнула:
— Сама такая.
А потом взгляды медленно переместились на Вадика.
Он сидел. Ел. Молчал.
Корти прищурилась:
— Вадик.
— А?
— А шо ты за бездельник такой тут?
— Как это?
— Ну вот Ля — чинил генератор. Светка — работала. Кицаца — работала. Я — готовила. А ты?
Вадик замер.
— Я… помогал Ле.
— Помогал советами? — уточнила Корти.
— Ну… да…
— Вадик, — медленно сказала Кицаца. — Чем ты вообще занят?
Пауза.
— У тебя есть… научный проект? Как у Козла?
Вадик покраснел:
— Я… думаю над проектом.
— Давно думаешь?
— Ну… месяца три…
Все переглянулись.
Ля тихо сказал:
— Прокрастинация — это тоже процесс. Но непродуктивный.
Вадик обиделся:
— Я не прокрастинирую! Я готовлюсь!
— К чему?
— К… проекту…
Корти вздохнула:
— Ладно. Будешь пельмени лепить. Вместе со Светкой. Авось хоть руки займёшь.
Вадик кивнул:
— Ладно.
После ужина все разошлись.
Свет горел. Интернет работал.
Ля сидел в кладовке с ноутом. Улыбался.
Потому что не он починил свет.
Но пельмени ему обещали.
И это было главное.
блэкаут история, бытовой абсурд, смешной рассказ, жизнь без света, прокрастинация, героизм в быту, айтишник и электричество, юмор про жизнь, Избушка, Кицаца, короткий рассказ, жизненные истории, свечи и блэкаут, домашний апокалипсис, пельмени как награда
