Пятница. 13 февраля.
после встречи на День сурка
Звери собрались как обычно. Но не совсем как обычно.
Что-то витало в воздухе. Тревога? Ожидание? Или просто запах капкейков, которые ели люди?
В большой комнате.
Звери расселись.
Кошак — сытый, довольный, в гамаке, в позе «мне похуй на всё, у меня был праздник».
Он потянулся и промурлыкал:
— У меня сегодня праздник.
Все посмотрели на него.
— Какой? — уточнила Белка.
— Личный, — ответил Кошак. — Мне подвалило лакомств. Вот прям в стиках. Лучше, чем на Новый год.
Тузик тут же встрепенулся:
— А мне специально не дарили! Но дали пальцы облизать! И я почти стащил капкейк со стола!
Кошак фыркнул:
— Почти не считается.
Тузик обиженно:
— Зато крошек было много! Это тоже вкусно!
Кошак задумался:
— Ну… крошки — это да. Норм.
Тузик довольно завилял хвостом.
Но остальные… напряжены.
Ворона нервно ходила по комнате:
— Ну должно же быть что-то плохое! Все так говорят! Пятница тринадцатое! Это же плохая примета!
Белка суетилась:
— Я не знаю куда сесть! Я боюсь! А вдруг я сяду не туда и что-то случится?!
Она металась между диваном, Ждуном и табуреткой Гошей.
Села на диван. Вскочила. Села на Ждуна. Вскочила. Села на табуретку. Вскочила.
— Белка, сядь уже! — рявкнула Чайка.
— Не могу! Мне страшно!
Белый Гусь поднял крыло:
— А вот я читал! В квантовой физике есть понятие «наблюдатель влияет на результат»! То есть если мы ожидаем плохое — оно и случится! Потому что мы…
Серый Гусь тяжело вздохнул.
Достал аромапалочку.
Прочитал этикетку: «Отгоняет всё плохое. С шалфеем и чесноком».
Зажёг.
Махнул перед Белым.
— Дыши. Успокойся. Никакой квантовой механики в пятницу тринадцатое.
Запах распространился по комнате.
Все начали чихать.
— Фу! — Чайка зажала нос. — Это что за дерьмо?!
— Это отгоняет плохое, — невозмутимо ответил Серый.
— Оно отгоняет ВСЕХ! — возмутилась Ворона.
Крыса зажала нос лапкой:
— Хватит махать!
Лось чихнул так, что его бубенец звякнул.
Олень отодвинулся подальше.
Серый погасил палочку.
Но запах остался.
Сова Софа поправила берет и встала:
— Всё. Хватит. Сейчас поговорим.
— О чём?! — уточнила Ворона.
— О том, что вы сами выбираете, куда смотреть, — отрезала Сова.
Ворона непонимающе:
— Что?
Сова вздохнула:
— Это магическое мышление. Пятница тринадцатое — это просто дата. Она не хорошая и не плохая. Она такая, какой вы её делаете.
Хотите видеть хорошее — будет хорошее.
Хотите плохое — ну, кто ищет, тот всегда найдёт.
Ворона задумалась:
— То есть… если я буду искать плохое — я его найду?
Сова кивнула:
— Именно.
— А если не буду искать?
— Может, и не найдёшь.
Ворона медленно села.
Задумалась глубоко.
Пингвин Винни из Ждуна подал голос:
— А я солидарен с Вороной. Всё будет не так.
Все посмотрели на него.
— Почему? — спросила Сова.
— Потому что всегда не так, — устало ответил Пингвин. — Я привык.
Сова мягко:
— А что если сегодня будет иначе?
— Не верю, — фыркнул Пингвин.
Чайка вдруг подняла крыло:
— А вот у нас была история! Военная! Там тоже была пятница тринадцатое! И там…
Ворона резко:
— Заткнись.
— Но я ж хочу рассказать! — заныла Чайка.
— Не надо. Не в этот день. Пожалуйста, — постаралась быть вежливой Ворона.
Чайка обиделась, но замолчала.
Бобёр сидел за столом.
Сосредоточенно что-то писал в блокнот.
Оранжевой ручкой.
Наискосок.
Никого не слушал. Просто записывал.
Сова посмотрела на него:
— Бобёр, ты с нами?
— Ага. Слушаю. Магическое мышление. Записываю, — пробормотал Бобер, не поднимая головы.
И продолжил писать.
Белка вдруг подпрыгнула:
— А! Я вспомнила! Завтра же Валентин!
Все посмотрели на неё.
— Что? — переспросила Ворона.
Белка:
— Валентинов день! Завтра! Четырнадцатое февраля! День влюблённых! Сердечки! Розовое! Обнимашки!
Она начала прыгать на месте:
— Мы можем уже сейчас! Заранее! Обниматься!
Кошак из гамака:
— Не подходи.
— Но это же праздник! — насупилась Белка.
— Мне похуй, — зевнул Кошак.
Белка расстроилась.
Но тут Козёл Иван поднял голову:
— Валентинов день — это коммерческий праздник. Придуманный для продажи открыток.
— Но сердечки же милые! — возмутилась Белка.
— Сердечки — это символ. А символы — это конструкт, — сказал Козел.
— Что? — Белка зависла.
Козёл вздохнул:
— Неважно.
Тузик подпрыгнул:
— А я люблю сердечки! Они розовые! И вкусно пахнут!
— Тузик, ты их что ли ел? — удивилась Чайка.
— Ну… может, один раз… — смутился Тузик.
Ворона хлопнула крыльями:
— Подожди. Мы про пятницу тринадцатое говорили или про валентинки?
— А разве нельзя про оба? — спросила Белка.
Сова:
— Можно. Только давайте по порядку.
Она посмотрела на всех:
— Итак. Пятница тринадцатое. Кому сегодня было плохо?
Молчание.
Ворона нерешительно:
— Ну… я нервничала…
— А что плохого случилось?
Ворона задумалась:
— Ничего.
— Вот. А кому было хорошо?
Кошак из гамака промурлыкал:
— Мне.
— И мне! — добавил Тузик.
Сова:
— Видите? Один и тот же день. Кому-то — плохо, кому-то — хорошо. Не потому что день такой. А потому что вы такие.
Ворона медленно кивнула:
— То есть… это я сама себя накрутила?
— Именно, — кивнула Сова.
Ворона села.
Задумалась.
Потом тихо:
— Бля.
Пингвин Винни:
— А мне всё равно не верится.
Сова:
— Не обязательно верить. Можно просто попробовать.
Пингвин фыркнул, но промолчал.
Где-то в углу Хомяк Костя загадочно поглядывал на Крысу.
Крыса заметила.
— Что? — спросила она подозрительно.
— Ничего, — пожал плечами Хомяк.
— Ты странно смотришь.
Хомяк смутился:
— Просто… завтра же Валентинов день…
Крыса покраснела под шерстью:
— И что?
Хомяк:
— Ничего. Просто… подумал…
Он замолчал.
Крыса тоже замолчала.
Оба смотрели в разные стороны.
Но сидели рядом.
Белка заметила:
— Ой! А у нас тут романтика!
Хомяк и Крыса синхронно:
— Заткнись!
Белка обиделась.
Но улыбалась.
Сова встала:
— Ну что ж. Пятница тринадцатое прошла. Кто выжил — молодцы. Кто накрутил себя — тоже молодцы, теперь знаете.
Завтра — Валентинов день. Кто хочет — обнимайтесь. Кто не хочет — не обязательно.
Главное — помните: вы сами выбираете, на что смотреть.
На плохое или на хорошее.
На страх или на стики с лакомствами.
На одиночество или на того, кто сидит рядом.
Бобёр дописал что-то в блокнот и закрыл его.
— Встреча семнадцатая. Пятница тринадцатое. Массовой гибели не зафиксировано.
Сова кивнула:
— Всем спасибо. Всем чаю.
Кошак из гамака:
— А мне компот.
Сова улыбнулась:
— И компот.
Звери начали расходиться.
Кошак остался в гамаке.
Сытый. Довольный. Благодушный.
Тузик облизывал последние крошки.
Хомяк и Крыса сидели рядом. Молчали. Но как-то… уютно.
Белка суетилась:
— А завтра будут сердечки? А обнимашки? А подарки?
Ворона:
— Белка, успокойся.
Белка:
— Но я же хочу!
Ворона вздохнула:
— Ну хочешь — будут.
— Точно?! — обрадовалась Белка.
— Ты же сама выбираешь, на что смотреть, философски заметила Ворона.
Белка задумалась.
Потом кивнула:
— Тогда буду смотреть на сердечки.
И побежала готовиться.
Феня прошла мимо Кошака.
Остановилась.
Посмотрела на него.
Кошак открыл один глаз:
— Что?
— Ты сегодня не боялся, — заметила Феня.
Кошак закрыл глаз:
— Я не боюсь. Я просто избегаю.
Феня улыбнулась:
— Понятно.
И ушла.
Кошак лежал.
Думал.
Потом пробурчал сам себе:
— Бля. Валентинки.
Он вздохнул.
И перевернулся на другой бок.
На всякий случай.
Психолесье, встреча 17, пятница 13-е, магическое мышление, Сова про выбор, Кошак счастлив от стиков, Тузик облизывает крошки, Ворона ищет плохое, Белка суетится, Белый Гусь и квантовая механика, аромапалочка Серого, Хомяк смотрит на Крысу, Валентинов день, сердечки, выбор куда смотреть, Избушка, звериная группа
