Джени сказала это во сне. Тихо, в подушку, почти неразборчиво:
— …и сюда привезла… все свои проблемы…
Енот Вова лежал рядом. Слышал. (хм.. может она имела ввиду ночную ревизию?)
Полежал ещё немного. Потом встал. Взял кружку. Вышел на крыльцо.
Завернулся в плед, который нашёлся на перилах. Плед был тёплый, слегка колючий и явно с мнением — сразу приобнял с одной стороны, чуть сполз с другой, устроился по-своему.
— Паша? — спросил Вова.
Плед промолчал. Но чуть подтянулся.
За болотом розовело небо. Не рассвет — просто предупреждение о рассвете. Ворона на мостках смотрела в воду. Туман над камышами никуда не торопился.
Кошак материализовался рядом. Сел. Посмотрел на Вову.
— Мрр, — сказал Кошак. Без интонации. Констатация факта.
— Я думаю, — сказал Вова.
— Слышно.
Вова посмотрел на болото.
— Она сказала «привезла проблемы». Я — проблема.
— Ты енот, — поправил Кошак.
— Это не противоречит.
Кошак помолчал. Где-то внутри Избушки скрипнула половица. Сама по себе.
— Избушка, — позвал Вова.
Тишина. Потом — лёгкий стук ставни. Мерный, как будто согласный.
— Вот именно, — сказал Вова.
— Ты разговариваешь с домом, — заметил Кошак.
— Дом отвечает.
— Дом скрипит. Это разные вещи.
Где-то внутри булькнул чайник. Никто его не ставил.
Вова выразительно посмотрел на Кошака.
Кошак отвернулся.
— Ладно, — сказал Вова. — А если я и правда проблема? Если она жила нормально, а потом появился я — и всё.
— И всё что?
— Ну. Стало сложнее.
Вова помолчал. Потом тихо спросил:
— А если я вообще должен был стать кем-то другим?
Кошак приоткрыл глаз:
— Например?
— Ну… великим.
— Ты енот.
— Это не отменяет величия.
Кошак задумался.
— Ты вчера упал в миску с гречкой.
— Великие тоже иногда падают. И жрут гречку из миски.
— Ты потом ещё уснул в гречке.
— Я был истощён внутренне.
Избушка скрипнула так, будто пыталась не заржать.
Паша слегка кольнул в плечо. Вова поморщился, но плед не скинул. Потом добавил:
— И вообще, это было случайно.
— А позавчера?
— Я изучал миску.
— Мрр.
Избушка скрипнула — на этот раз длиннее, с интонацией.
— Ты чего тут опять в экзистенцию полез, полосатый? — как будто проворчала она.
Вова поднял голову.
— Я думаю.
Старая крыша тихо треснула доской.
— Не думай на голодный желудок.
— Я не про это. Я про смысл.
Где-то внутри качнулась дверца шкафа.
— Смысл в том, что ты опять печенье в постели жрёшь.
Кошак фыркнул.
— Вот видишь, — сказал Вова. — Она со мной разговаривает.
— У тебя глюки от недосыпа.
— Возможно. Но она всё равно права.
Избушка скрипнула снова. Уже мягче. Как будто вздохнула.
— Ну иди сюда, философ херов, — слышалось в этом скрипе. — Садись у лампы. Будем смотреть в окно и делать вид, что понимаем жизнь.
Вова замолчал.
Потому что ночью всё становилось слишком настоящим:
скрип дерева,
чайник как свидетель вселенной,
плед с памятью,
и дом, который будто знает о тебе больше, чем хотелось бы.
Небо розовело сильнее. Ворона на мостках каркнула разочек — для порядка. Болото отражало рассвет криво, как будто тоже не выспалось.
Паша сполз чуть ниже, накрыл еноту лапы.
— Один маг плакал над пельменями, — сказал Вова. — Где-то слышал.
— От кого?
— От Избушки, наверное.
Кошак посмотрел на него долго. Потом лёг рядом — не вплотную, но рядом. Зажмурился.
Вова сидел. Смотрел на туман. Туман не объяснялся, но и не уходил — просто был, и этого почему-то хватало.
Может, быть проблемой — это не навсегда. Может, это только пока не поймешь, что ты не проблема, а просто енот. Который нашёл место, где ему дают плед и не выгоняют даже когда он падает в гречку.
Избушка тихо скрипнула.
Сиди, — скорее всего, это значило.
Вова сидел.
Внутри проснулся Тузик и немедленно загремел миской.
Кошак открыл глаз:
— Утро.
— Утро, — согласился Вова.
Он встал, стряхнул Пашу с плеча — Паша неохотно сполз обратно на перила. Енот пошёл внутрь.
Джени ещё спала. Тихо. Без слов.
Вова посмотрел на неё. Подумал.
Решил: проблема разберётся позже. Сейчас — гречка. Только на этот раз мимо миски не упасть.
экзистенциальный кризис, енот Вова, Избушка, Кицаца, терапевтический абсурд, сказка для взрослых, уютный сюрреализм, внутренний енот, плед Паша, философский юмор, странные сказки, магический реализм, болотная эстетика, Джени и Вова, абсурд и нежность, енот и гречка, сказочная избушка, тексты Ирины Берг, кицаца ком
