Утром Джени проснулась от тишины.
Тишина в Избушке с двумя енотами — это не покой. Это симптом.
Подстилки были пусты. Дверь — открыта. Засовы — откинуты с какой-то обидной лёгкостью.
Джени вздохнула и пошла искать.
Вову нашли быстро. Он обустроился в гамаке — основательно, по-хозяйски, с видом существа, которое тут и планировало оказаться. Кошак забрался в кресло-мешок Ждун и жаловался. Негромко, но обстоятельно — на понаехавших, на гамак, на жизнь в целом. Ждун слушал с пониманием. Ждун всегда слушает.
Кицы не было нигде.
Искали по всей Избушке. Заглянули под диван, за комод, в кладовку к Ле. Корти методично проверяла шкафы. Ля предложил посмотреть во дворе — входную дверь ведь не открывали, но с енотами уже ничему не удивляешься.
Во дворе Кицы не было тоже.
Светка стояла посреди комнаты с видом человека, у которого закончился внутренний ресурс ещё где-то между шкафом и кладовкой. Она искала дольше всех — методично, с нарастающей тревогой, успела дважды проверить гамак (там был Вова, довольный).
Конечно же, погладила Кошака в Ждуне (Кошак принял сочувствие, не прерывая жалобы) и выйти во двор в тапках.
Вадик искал в основном на кухне. Там было тепло и стоял чайник.
И тут вышла Кицаца. С енотицей под мышкой. Спокойно. Как будто так и надо.
— Что ищем? — спросила она.
Светка:
— Мы весь дом обыскали! Где была эта енотица?!
Кицаца пожала плечом:
— Со мной.
— С тобой — это где?!
— На подушке. Спала.
Пауза.
— Как она попала к тебе? — спросил Ля.
Кицаца посмотрела на Кицу. Кица посмотрела на Кицацу.
— Пришла, — сказала Кицаца.
Вадик отпил чай:
— Логично.
Корти открыла рот, закрыла. Потом всё-таки:
— То есть она сама нашла твою комнату. Ночью. Первый раз в доме.
— Да.
Пауза была длинная и насыщенная.
— Ну, — сказал Ля наконец. — Кица.
И в этом «Кица» было столько невысказанного принятия, что Вова в гамаке даже перестал качаться и одобрительно шмыгнул носом.
Светка посмотрела на мокрые от росы тапки, потом на довольную морду енотицы, устроившейся у Кицацы на плече с таким видом, будто всю жизнь там росла вместо воротника.
— То есть, — медленно произнесла Светка, — мы тут всем домом изображали поисковую операцию, пока эта Кица просто спала в лучшем номере Избушки?
Кошак из Ждуна издал утробный звук, означающий:
«Я же говорил, что этот мир безнадёжен».
— Она деликатная, — заступилась Кицаца, почёсывая Кицу за ухом. — Подушку не потрошила, одеяло не пересчитывала. Пришла, легла, грела. В отличие от некоторых.
Кошак немедленно сделал вид, что занят умыванием экзистенциальной пустоты под хвостом.
Вадик звякнул ложкой о кружку.
— Если у нас теперь две Кицы на одну Избушку, нужен какой-то протокол идентификации. А то позовёшь одну обниматься — придёт енот и отберёт бутерброд.
— Нахуй протоколы, — сказала Джени. — Наливайте чай.
Она стояла посреди кухни, смотрела на всю эту шерстяную банду и постепенно понимала простую вещь: Избушку взломали.
Не сквозняки.
Не хаос.
Не жизнь.
Её взломали существа, которые просто пришли туда, где тепло.
За окнами медленно разворачивалось майское утро.
Жизнь продолжалась.
И в ней почему-то становилось всё больше Киц.
Кицаца, Избушка, Кица енотица, Вова енот, два енота, утро в Избушке, жизнь с енотами, енот в доме, Кошак, Ждун, Джени, Ля, Корти, Вадик, уютное фэнтези, магический реализм, сказка про енотов, смешные еноты, енот юмор, пушистый хаос, еноты ночью, енот на подушке, енот и ведьма, kicaca.com, енотовый гамак
